Тройной проигрыш

Кто провоцирует повторение Кантара?




Страна на бешеной скорости и без надлежащей подготовки несется к очередной электоральной фазе: мажилис скоропостижно распущен, и через два месяца нас ожидают уже привычные внеочередные парламентские выборы. Почему президент Токаев так торопится? Это уже становится порочной традицией – проводить очередные внеочередные выборы. Если раньше они ассоциировались с именем елбасы, то теперь имеют полное право называться токаевскими.

Что могло двигать президентом? Не позволить взять реванш представителям старого Казахстана? Но сколько можно использовать эту сентенцию - Токаев президент с апреля 2019 года? Конечно, никто не отрицает такую угрозу, но что мешает Токаеву бороться с этими опасностями, не прибегая к старым политическим приемам, ведь он гарантировал себе семилетний срок (или до сих пор такой гарантии нет?).

Страх потерять рычаги власти? В наших условиях весьма эффективный способ правления – президентский контроль над всеми ветвями власти. Тогда зачем надо было заявлять о перераспределении полномочий между ними ?

Конечно, логично было бы после президентских деклараций о строительстве Нового Казахстана ожидать мощного всплеска избирательной активности граждан. Но автократическая тенденция – манипулировать сроками выборов, исходя из текущиих конъюнктурных интересов действующей власти, заставляет здоровые демократические силы покидать лагерь сторонников Токаева, объявившего себя реформатором.

Отчасти позитивным шагом можно считать введение 30-процентной мажоритарной квоты на выборах в мажилис (хотя, мы, оппозиция все эти годы говорили о 50-процентном паритете). Это обстоятельство подстегнуло активность непартийных граждан - многие общественные деятели, в том числе, и из числа критиков власти, уже заявили о намерении принять участие на выборах по одномандатным округам.

Официально же заявлено об участии в предстоящих парламентских выборах семи партий. Казалось бы, конкуренция. Но среди них нет ни одной, связанной с политической оппозицией (за исключением озвученного некоторыми гражданскими активистами желания пойти на выборы по одномандатным округам). Наоборот, старые квазиоппозиционные партии разбавлены еще одним, искусственно созданным ассорти из тех, кто никогда не был замечен среди критиков существующего политического строя.

Сейчас модно и разрешено охаивать Назарбаева, но давайте вспомним, что при нем были зарегистрированы оппозиционные партии: КПК, РНПК, ДВК, ОСДП, Акжол первичного формата (позже он стал «Настоящим Акжолом»), движение «За справедливый Казахстан», куда вошли практически все оппозиционеры того времени. Кандидатами в президенты были: лидер КПК Серикболсын Абдильдин, председатель ЗСК Жармахан Туякбай и Ваш покорный слуга.

Сейчас в экспертных кругах некоторые яйцеголовые аналитики не устают повторять тезис о том, что весь этот политический либерализм был инспирирован самой властью. Если даже допустить такую крамольную мысль (ибо ничего нельзя исключать в нашей уникальной политической ситуации), то эти факты свидетельствуют, как минимум, о том, что власть была абсолютно уверена в своей победе, и использовала оппозицию, как клапан для выпускания негативного пара, позволяя ей вносить краски некой оттепели в политический пейзаж.

Считаю, что Токаев, находясь у власти почти четыре года, допустил стратегическую ошибку, не обратив в своих сторонников миллионы казахстанцев, настроенных против культа личности и наследия елбасы. Эта ошибка может обернуться ему новыми проблемами и протестами.

Не реализуется и его вполне цивилизованное заявление о желании быть равноудаленным от всех партии. Похоже, бюрократы от политики не дали ему равноудалиться, в первую очередь, от партии «Аманат» (бывшего «Нуротана»), и сделали Токаева заложником своих электоральных амбиций. Понятно, что без поддержки президента эта партия обречена на провал.

И это может оказать негативное влияние на результаты выборов, в том числе, и в одномандатных округах.

Во-первых, это – тотальный контроль власти (правящей партии) над всем избирательным процессом. Среди них - отказ в регистрации неугодных кандидатов, дискредитация их через подконтрольные СМИ и продажных блогеров.

Во-вторых, засилье членов правящей партии в избирательных комиссиях всех уровней – от участковых до ЦИК. Эти исполнители, как никто другой, знают, как фальсифицировать итоги выборов: как вбрасывать бюллетени, как их считать, как оформлять нужные для власти протоколы.

В-третьих, препятствование наблюдению за ходом голосования и подсчетом голосов.

В-четвертых, отсутствие общенациональной структуры, которая могла бы поддерживать независимых кандидатов на этих выборах. А один, как говорится, в поле не воин.

Хочу заострить внимание на неорганизованности тех, кто именует себя оппозицией. Это напоминает мне ситуацию конца 90-х и начала 2000-х, когда оппозиционные организации вместо того, чтобы объединить усилия, вели внутривидовую борьбу, подозревая друг друга в аффилированности к власти. Увы, никто не учится у Истории, и в стане гражданских активистов опять начались взаимные обвинения в продажности и «проектности».

Судя по публикациям и постам, такую ненависть к потенциальным кандидатам от плюралистического общества, которые хотели бы реализовать свое конституционное право быть избранным, испытывают те, кто в силу разных (объективных и субъективных) причин сами не имеют возможности зарегистрировать свою партию или стать кандидатом. Особенно стараются некоторые персоны из-за рубежа (для них все, кто легитимен внутри страны – продажные и провластные) и лояльные к ним информационные ресурсы. Но такой эгоистический («всякое движение без меня – недемократично!») подход контрпродуктивен.

А результатом внеочередных скоротечных выборов будет тройной проигрыш: общества, весь спектр которого снова не будет представлен в мажилисе; президента Токаева - его демократический имидж которого будет изрядно подпорчен; и тех, кто считает себя оппозицией, ибо еще один электоральный срок они будут вне парламента.

А выиграет новое окружение Токаева, которое банальной лестью и политическим лизоблюдством старается создать из президента второго елбасы.

Не исключено, что грязные выборные технологии, призванные укрепить электоральные позиции правящей партии станут триггером протестных акций.

Отторгнутые от парламента лидеры протестных настроений вынуждены будут выводить свой электорат на улицы и площади (благо власть сама продекларировала уведомительный характер митингов и шествий). К тому же, росту протестных настроений будет способствовать общее ухудшение социально-экономической ситуации (о которой сказал сам президент: «предстоящий год будет трудным»). Так кто же провоцирует повторение Кантара?