КУРУЛТАЙ, ОТКРОЙ ЛИЧИКО

Каким должно быть Национальное собрание




В мартовском Послании президент предложил создать Национальный курултай (НК). По его словам, он будет «масштабный по составу» и «должен сформировать единую институциональную модель общественного диалога, он станет связующим звеном между властью и народом».

Прошел месяц. И общество вправе задать вопрос власти: «А как будет реализоваться президентская идея?». Ибо есть некоторые опасения по этому поводу.

Такое ощущение, что разработка основополагающих документов НК и формирование состава идет скрытно от общества, которое, по идее и должно быть представлено в НК. Нет широкого обсуждения в СМИ и экспертных кругах. В результате - мы рискуем получить очередной провластный продукт, коих в нашей истории было (и есть!) немало.

Конечно, при наличии реального баланса между ветвями власти, дополнительный квазипредставительный орган, типа НК, не нужен: избранный на честных конкурентных выборах многопартийный парламент должен стать тем самым «связующим звеном», о котором говорит президент.

Но пока такого парламента нет, как исключение (и только на время), можно согласиться с созданием НК.

Считаю, что самым главным качеством этого института должна быть репрезентативность: в его состав должны войти силы, представляющие весь плюралистический спектр казахстанского общества. Будем реалистами - оно разнополярно. Есть те, кто хочет действовать в рамках правового поля и не считают зазорным цивилизованный диалог с представителями власти. Но есть, избравшие неправовой метод борьбы с «ненавистным режимом». И эти «разрушители до основания» должны понимать пагубность и бесперспективность своего радикального пути и, как следствие, соответствующее отношение к ним силовых структур. Тем более, после трагических событий Января-2022, когда свободное и мирное выражение протеста было использовано третьими силами для организации беспорядков и дискредитации самой идеи публичного оппонирования власти.

Без такой общенациональной (статус обязывает) представительности НК будет политически обречен и разделит судьбу ранее созданных квазидемократических институтов.

В этом смысле, смущают слова президента, что НК «сконцентрирует вокруг себя все имеющиеся областные советы». Мы-то знаем, кто и как их формировал. Поэтому представительность будущего НК может оказаться такой же условной и усеченной: в него войдут те, кто угоден власти, а ее критики останутся вне НК.

Важно также очертить повестку дня НК. Зачастую подобные структуры обсуждают или слишком общие, или чересчур мелкие проблемы, не касаясь основ политической системы: существует негласное табу на острые и неприятные для власти темы и все, кто согласился войти в такое образование, молча соблюдают джентльменские соглашения.

Если в состав НК войдут демократических силы, то он может стать предтечей Конституционного совещания, о необходимости которого много лет говорит оппозиция. Тем более, что президент заявил, что в Основной Закон будут внесены около 30-ти изменений. Кому, как не народному НК, а не полуторпартийному парламенту с ручной оппозицией, это решать.

Немаловажны и полномочия НК. Хотелось бы, чтобы это не превратилось в элементарную говорильню, для «выпускания пара», а стало структурой, где актуальные проблемы жизни общества были бы формализованы и в дальнейшем нашли бы свое отражение в соответствующих законодательных актах или постановлениях правительства.

Кстати, как будут приниматься решения НК? Понятно, что власть, постарается сделать так, чтобы лояльные к ней члены составляли в НК абсолютное большинство и, используя их голоса, она могла бы провести любое, нужное ей решение. Каков будет механизм учета альтернативных мнений и защиты интересов меньшинства?

И последнее. Предваряя свою инициативу по созданию НК, президент сказал: «Мы должны модернизировать традиции степной демократии, которые стали основой нашего единства». А при степной демократии казахи избирали ханов без ручных избиркомов. Хан не мог наказать гражданина за его критику в свой адрес и, что немаловажно и актуально для современного Казахстана, при демократии такого формата у казахов не было тюрем.

Это я к вопросу о политических заключенных, которых не становится меньше при втором президенте.