К эпохе осознанной взаимозависимости

• 

Подробности

319

26.10.2026

Ерулан КАНАПЬЯНОВ, президент Евразийского Фонда культуры, академик Академии журналистики Казахстана, вице-президент Международного казахского ПЕН-клуба, фото из архива автора

2026 год – год 90-летия Олжаса Сулейменова

Олжас Сулейменов – великий казахстанский поэт, мыслитель, дипломат, международный общественно-политический деятель (род. в 1936 г.). Автор поэм «Земля, поклонись Человеку!» (1961 г.), «Глиняная книга» (1969 г.), книги «Аз и Я» (1975 г.). Литературный и духовный лидер своего поколения. Его литературная и общественно-политическая деятельность, начиная с 1960-х годов, способствовала формированию на качественно новом уровне национального самосознания и исторической субъектности народов Центральной Азии. Основоположник философии осознанной взаимозависимости, тюркославистики, археологии знака и слова.

Основатель и лидер международного антиядерного Движения «Невада-Семипалатинск» (1989 г.), деятельность которого объединила все антиядерные силы планеты и привела к запрещению испытаний на 5 ядерных полигонах мира. Автор и инициатор Закона о реабилитации репрессированных народов СССР. Был неоднократно номинирован на Нобелевскую премию мира. В разные годы возглавлял Союз писателей Казахстана, Госкино, был избран депутатом Верховного Совета СССР, работал Чрезвычайным и Полномочным Послом РК в Италии, Греции и на Мальте, Постоянным Представителем Казахстана в ЮНЕСКО.

С 2018 года руководит Международным Центром сближения культур под эгидой ЮНЕСКО.

В преддверии юбилея, начиная с 2024 года, Международным Центром сближения культур под эгидой ЮНЕСКО были проведены Международные конференции, форумы и круглые столы, посвященные литературной, научной и общественной деятельности Олжаса Сулейменова. Так как юбилейный год продолжается, 29 сентября 2026 года в Алматы в Доме Дружбы состоялась IX международная конференция «ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ В ХХ ВЕКЕ», посвящённая 90-летию Олжаса Сулейменова. На конференции было презентовано учебное пособие-хрестоматия «ВВЕДЕНИЕ В ОЛЖАСОВЕДЕНИЕ».

Публикуем текст выступления на этой конференции нашего постоянного автора, президента Евразийского Фонда культуры Ерулана Канапьянова, а также его вступительное слово к книге «ВВЕДЕНИЕ В ОЛЖАСОВЕДЕНИЕ», членом редакционной коллегии которой он является.

Выступление на конференции

От имени Евразийского Фонда культуры я приветствую всех участников конференции. Так получилось, что за неполных два года, начиная с декабря 2024 года, я имел честь выступить, практически, на всех форумах и конференциях, проведенных Международным центром сближения культур под эгидой ЮНЕСКО. И все эти мероприятия, так или иначе, были посвящены литературной, научной и общественной деятельности Олжаса Сулейменова. Поэтому каждый раз говорить что-то новое – задача непростая. Но, к счастью, наследие Олжаса Омаровича очень богато, и поэтому всегда есть возможность по-новому обсудить те или иные аспекты его деятельности.

Итак, тема конференции: «Интеллектуальная история Центральной Азии во второй половине ХХ века». Но прежде, чем говорить об интеллектуальной истории второй половины ХХ века, нужно понимать и осознавать, что вторая половина началась не с какого-то спокойного безвременья и абстрактных временных координат. Иными словами, говорить о второй половине ХХ века невозможно без анализа предшествующего периода, т.е. первой половины ХХ века.

Во-первых, на этот период ни много ни мало выпало две мировые войны. А если говорить о Центральной Азии, то этот исторический отрезок времени - одна из самых трагических страниц в ее истории. Как известно, к ХХ веку и даже чуть раньше установилась полная колониальная зависимость Центральной Азии от Имперской России, а затем установление Советской власти и преступного большевистско-коммунистического режима, а также последовавшее за этим проведение политики красного террора, классовой борьбы и принудительной коллективизации стали большой трагедией для народов Центральной Азии. Но больше всего пострадал Казахстан. Вдобавок ко всем вышеперечисленным репрессивным бедам в Казахстане разразился страшный голод. Две главные причины голода – климатическая и политическая. Климатическая – это джут, а политическая – это то, что преступный голощекинский режим, под предлогом коллективизации, просто забирал скот у населения, обрекая его на гибель. В результате произошел настоящий геноцид казахского народа. Убежден, что именно с такой целью был из Центра отправлен в Казахстан этот убийца царской семьи Филип Голощекин, он же Шая Голощекин.

Что же получили народы Центральной Азии в результате социально-политических катаклизмов первой половины ХХ века. Я хочу сравнить демографии того периода двух братских народов – казахов и узбеков. Мне удалось изучить материалы трех переписей населения: 1897 года, 1926 года и 1939 года.

По переписи 1897 года я не буду апеллировать какими-то данными, потому что там много сложностей и неточностей. Но вот по переписи 1926 года можно утверждать, что количество казахов и узбеков было примерно равным, по 3 миллиона 900 тысяч человек. А уже по переписи 1939 года – узбеки составляли почти 5 миллионов человек. Это нормальный естественный прирост. А казахи составляли менее 3 миллионов, в том числе в Казахстане 2,3 миллиона. Более того на своей земле казахи оказались в меньшинстве и составляли менее 40% всего населения республики.

В результате на сегодня узбеков в мире примерно 40 миллионов, из них 35 миллионов проживает в Узбекистане, а казахов во всем мире 18 миллионов, из них в Казахстане 14,5 миллиона.

Почему я несколько подробно говорю о первой половине ХХ века в Центральной Азии, потому что нужно ясно осознавать, с каким грузом национальной трагедии казахский народ оказался в середине ХХ века. По неполным расчетам более трети народа было уничтожена, и в первую очередь была уничтожена казахская интеллигенция, цвет нации. Олжас приводил такой пример, что из всех известных писателей того периода выжил только Мухтар Ауэзов. Да и он подвергся преследованиям. А остальные были просто физически уничтожены: Алихан Букейханов, Ахмет Байтурсынов, Сакен Сейфуллин, Ильяс Жансугуров, Беимбет Майлин и другие. Трудно без боли и содрогания смотреть их фотографии, сделанные до ареста и сделанные уже перед расстрелом. Каким мученическим пыткам они были подвергнуты.

Последующее после них поколение писателей – Сабит Муканов, Габит Мусрепов, Габиден Мустафин и другие не могли избегать идеологических установок, и всегда в их произведениях был положительный герой – строитель социализма. А Сабит Муканов всячески клеймил алашординцев – тех же Букейханова, Байтурсынова, кому сегодня мы ставим памятники.

Но к 60-ым годам уже появляются новые ростки. Выходят на арену писатели новой волны – Ильяс Есенберлин, Ануар Алимжанов, Мухтар Магауин, Сатимжан Санбаев, Мурат Ауэзов и, конечно же, Олжас. В 1963 году 27-летний Олжас написал стихотворение «Дикое поле». Это стихотворение стало поэтическим приговором сталинскому режиму и предвосхитило создание движения «Невада-Семей». Позднее, в 1972 году, Мурат Ауэзов выступил на Пленуме Союза писателей Казахстана со своей знаменитой речью о голодоморе. Практически в то же время Олжасом Сулейменовым была издана легендарная «Аз и Я», а еще через четыре года ученик Олжаса – поэт Бахытжан Канапьянов напишет стихотворение «Позабытый казахский язык». И это все было в 60-е-70-е годы ХХ столетия. Именно в эти годы шел закономерный процесс формирования национального самосознания и исторической субъектности.

Я хочу привести фрагмент стихотворения «Дикое поле»:

Страна,
Ты прошла испытания Казахстаном —

есть сегодня земля,

на которой крестам не расти…

Я хотел бы родиться в горах

и не зваться казахом,

или жить в белой хатке,

коров по оврагам пасти.

Все равно —

привезли бы меня в Джезказган

вагонзаком.

Украина, прости,

о ингуш, мою землю прости!

Казахстан, ты огромен —

пять Франций —

без Лувров, Монмартров —

уместились в тебе все Бастилии

грешных столиц.

Ты огромной каторгой

плавал на маленькой карте.

Мы, казахи, на этой каторге родились…

И заканчивается стихотворение фразой:

И
да здравствует
запрещение испытаний!

И удивительно, что Олжас в 1963 году из-за этих строчек не подвергся репрессиям. Его могли привлечь за общее содержание этого стихотворения, а за последние строчки произведения он мог быть обвинен в призывах к ослаблению оборонной мощи тогдашнего советского государства, ведь 1963 год был периодом «холодной войны» и противостояния двух систем.

Или вот это стихотворение Бахытжана Канапьянова, написанное в конце 70-х:

Позабытый казахский язык,

Пресловутое двуязычие,

При котором теряю свой лик

И приобретаю двуличие.

Я пойму неизвестного мне

Уходящего аборигена,

Но когда я средь ночи во сне

Перед предком склоняю колено,

Сознаю, что не верит он мне,

Как пришельцу из тяжкого плена.

Усмехнётся он в той стороне:

Ты меня недостойная смена.

Тогда, в 70-х годах, Олжасу и Бахытжану удалось избежать репрессий. Но все аукнулось после декабря 1986 года, когда Олжаса обвинили в национализме в статье газеты «Правда» – главного печатного органа страны того времени. На Бахытжана также начались гонения. Три года его стихи были под негласным запретом.

Но это были уже 80-е годы, а не 37-ой год. Все закономерно шло к распаду тоталитаризма. И в 1991 году республики Центральной Азии получили независимость.

26 мая этого года, выступая на форуме «ПОСОЛ СВОЕЙ ЗЕМЛИ», я уже затронул тему сегодняшних геополитических процессов. Действительно, сегодня ООН не критикует только ленивый. Но геополитическая турбулентность возникла не только или не столько от неэффективной деятельности ООН. Просто отдельные государства перестали координировать свою деятельность и считаться с этой Международной организацией. Я называю такое поведение государств политической разнузданностью. Поэтому гениальный тезис Олжаса:

От веков зависимости,

Через период независимости –

К эпохе осознанной взаимозависимости -

чуть ли не единственный путь сохранения человеческой цивилизации.

Я не хочу приписывать себе какие-то функции пророка, но 26 мая текущего года, выступая на конференции, я говорил, что это не совсем правильно, что существует Совет Безопасности, в котором всего пять постоянных членов, имеющих право вето. И вот спустя четыре месяца после той даты, 25 сентября 2026 года, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, выступая на Генеральной Ассамблее ООН, предложил вообще отменить право вето. В этой связи думается, что в ближнесрочной перспективе крупнейшие государства вряд ли пойдут на отмену права вето. На мой взгляд, промежуточным решением здесь может стать расширение состава постоянных членов Совета Безопасности до 15 или до 20.

Убежден, что в Совете Безопасности на правах постоянных членов должны присутствовать полуторамиллиардная Индия, Латинская Америка в лице двухсотмиллионной Бразилии и других государств континента, должен быть ротационно представлен Европейский Союз, а не отдельно Англия и Франция, страны Юго-Восточной Азии, Япония и Австралия. И, конечно же, должен быть представлен двухсотмиллионный тюркский народ.

«I have a dream (У меня есть мечта)», – в свое время сказал Мартин Лютер Кинг. У меня тоже есть, пусть не мечта, но желание, что в ближайшем будущем в Нью-Йорке на 46-ой улице на фасаде здания ООН, где заседает Совет безопасности, будут написаны слова Олжаса:

От веков зависимости,

Через период независимости –

К эпохе осознанной взаимозависимости

Пока же сегодняшней геополитике, проводимой с позиции силы, больше, к сожалению, соответствует изречение «Каждому свое», которое часто применялось Цицероном и Фридрихом Ницше, а потом было написано на воротах «Бухенвальда».

Как недавно, в августе 2026 года, отвечая на вопросы журналистов о текущей геополитической ситуации в мире, президент Касым-Жомарт Токаев сказал: «Мы идем, как говорится, буквально по краю обрыва…».

Хочется лишь добавить: всегда есть надежда и вера, что здравый смысл, добро и гуманизм восторжествуют!

Вступительное слово к книге «Введение в Олжасоведение»

(учебное пособие-хрестоматия)

«Человек, можно сказать, модель

нации. По каждому из нас

судят о целом народе, таков феномен обобщающего восприятия...

Хочешь быть сыном гордого и честного народа –

будь гордым и честным».

Олжас Сулейменов

Моя первая встреча с Олжасом Сулейменовым состоялась в июне 1978 года, когда я был 20-летним студентом исторического факультета университета. С тех пор было многое, связанное с его именем, и есть что вспомнить: участие в общественных акциях, поездки по Казахстану, встречи в Москве, Риме, Париже… Но мне вспоминается одно событие из советского периода, которое известно немногим.

В начале ноября 1989 года мне позвонил мой брат Бахытжан (он тогда работал помощником Олжаса Сулейменова) и попросил зайти к нему вечером домой, что я и сделал.

Бахытжан рассказал, что Олжас хочет вывести отдельную колонну активистов Движения «Невада-Семей» на парад-демонстрацию 7 ноября. Надо напомнить, что 7 ноября – день Октябрьской Революции в Советском Союзе был самым главным идеологическим праздником, а парады и демонстрации в этот день носили статус сакрального действия. Нынешней молодежи трудно представить себе значение тех ежегодных событий, наполненных для трудящихся и руководства страны без преувеличения неким священным статусом, и любое вмешательство в этот распорядок могло быть расценено как государственное преступление.

Естественно, горком коммунистической партии, узнав о таких миротворческих планах лидера Движения «Невада-Семей», выступил резко против. Против было большинство и в Республиканском Центральном Комитете партии. Звучали предупреждения со стороны властей, что колонну просто отсекут силами милиции и военных и не пустят на площадь.

В то же время, началась политика перестройки, гласности. Ситуация менялась каждый день, и вопрос тревожно повис в воздухе.

За день до 7 ноября в штабе Движения было принято решение вывести колонну. Но определенные опасения были. Ведь шёл 1989 год. Вовсю работал ядерный полигон, подчиняющийся всесильному военно-промышленному комплексу СССР.

Все мы переживали за Олжеке, некоторые из нас думали, что против лидера Движения на демонстрации или перед её началом могут быть организованы провокации.

И одним из неожиданных, но, как оказалось, мудрых действий стало принятое активистами решение о включении наших детей в колонну Движения...

Мнения были разные. Кто-то говорил, что нельзя подвергать опасности людей. Пара десятков активистов из-за опасений не пошли на площадь, которая еще помнила саперные лопатки и брандспойты с ледяной водой в декабре 1986 года.

Но, вопреки всему, 53-летний Олжас, наш гордый брат, вывел колонну на площадь, названную через несколько лет – «Площадь Республики». А мы поставили перед ним в колонне своих детей, защищая поэта...

И с трибуны членам ЦК и Правительства Казахстана предстала картина:

парад-демонстрацию открывали марширующие воинские подразделения, военная техника, танки и ракетные комплексы, способные нести ядерные боеголовки. А замыкала шествие колонна антиядерного Движения «Невада-Семей» с нашими детьми.

Много лет спустя, Мурат Ауэзов – первый вице-президент Движения «Невада-Семей» так оценил роль тех событий и всего, что последовало за ними:

«Тогда явился образ (и сохранил свое значение для будущего) – образ народа Казахстана. Тогда мы стали народом Казахстана…».

Эта история – один из ярких и достойных Поступков его жизни. Олжас Сулейменов – великий поэт и мыслитель, политический и общественный деятель планетарного масштаба. Его творческое и научное наследие имеет мировое значение и является достоянием человеческой цивилизации.

И давно назрел тот момент, когда его литературные и философские труды, его воззрения и открытия, в том числе, в тюркославистике, основоположником которой он является, должны широко изучаться в школах, колледжах и других средних и высших учебных заведениях.

Из всего наследия нашего великого соотечественника Олжаса должна сформироваться многоплановая и полновесная научная и учебная дисциплина – олжасоведение, которая в праве занять свое историческое место наряду с конфуцианством, гандизмом, тагороведением, толстовством, абаеведением и другими системными мировыми учениями.