ДАЙДЖЕСТ «ЖАН БАХЫТ – 75»

• 

Подробности

117

02.10.2026

Мурат АУЭЗОВ, Заслуженный деятель РК, президент Фонда имени Мухтара Ауэзова. Октябрь, 2021 г.

Известному поэту, секретарю Союза писателей Казахстана, лауреату Государственной премии РК и других престижных международных премий и наград Бахытжану Канапьянову (Жану Бахыту) исполняется 75 лет.

Бахытжан родился 4 октября 1951 года в городе Кокшетау. Ровно через 50 лет в 2001 году он станет Почетным гражданином этого города.

В 1959 году, когда Бахытжан было восемь лет наша семья переезжает в Павлодар. Детские и юношеские годы Бахытжана будут связаны с этим городом.

Уже в 11 лет Бахытжан работал помощником киномеханика в Летнем кинотеатре в парке Павлодара. И малолетняя шпана нашего района, чтобы попасть бесплатно на сеанс, подходила к киноаппаратной с обратной стороны кинотеатра, где Бахытжан деловито заправлял бобины с кинопленкой и выполнял другие поручения киномеханика. Улучив момент, пацаны обращались к нему: «Борька, пропусти! Борька пропусти» (в то время в Павлодаре, да и не только там, в бытовом общении многие казахские имена переиначивались на русский лад. Поэтому мой старший брат Сержан был Серёгой, а Бахытжан - Борькой).

Это было в 1961 году. Интересно, думал ли тот помощник киномеханика Борька, что через 35 лет, в 1996 году станет Секретарём Союза кинематографистов Казахстана?

В 1965 году, в 14 лет Бахытжан принимает решение переплыть Иртыш и делает это. Осмелиться на это может не всякий взрослый натренированный человек. А для Бахытжана, я думаю, это было подростковым самоутверждением.

В старших классах он увлёкся боксом, и после 9 класса, в мае 1968 года становится чемпионом Казахстана по этому виду спорта среди юниоров.

В 1969 году Бахытжан поступил в Казахский политехнический институт. С этого времени вся его жизнь будет связана с Алма-Атой.

В студенческие годы он начнёт писать стихи, но учёбу в политехе не бросит. В 1974 году окончит КазПТИ по специальности «инженер-металлург» и по распределению попадет в институт металлургии Академии наук, в лабораторию академика Кунаева А.М.

В 1977 году в издательстве «Жалын» выходит в свет первый поэтический сборник Бахытжана Канапьянова «Ночная прохлада». Припоминается забавный случай. Через месяц после выхода этой книжки, в Алма-Ату по своим делам приехал наш дядя Барьян из Тараза (тогда Джамбула). Вечером он зашёл к нам домой, был хороший ужин за бутылкой коньяка. И в какой-то момент он сказал: «Говорят, у тебя книжка вышла», попросив Бахытжана показать ее. Полистал, потом посмотрел и обратную сторону, где было написано – цена 10 коп. Затем перевел взгляд с книжки на пустую бутылку коньяка, стоявшую на столе, и обратно. И с присущими ему юмором и доброй иронией произнёс: «Слушай, твоя книжка стоит дешевле пустой бутылки от коньяка». Мы все дружно покатились со смеху. Действительно, в то время пустая бутылка от коньяка или водки стоила 12 копеек.

В этом контексте стоит упомянуть, что в 2011 году, к 60-летию Бахытжана, выйдет в свет его 8-ми томное собрание сочинений. Но начиналось все тогда, в 1977, с маленького сборника «Ночная прохлада».

В 1978 году Бахытжан женится на Гульнар Тлеубаевой, отец и дед которой были писателями. Свадьбу своего ученика открывал Олжас Сулейменов, который сказал: «Я сегодня жениху говорить ничего не буду, но хочу обратиться к невесте. Помни, Гульнар, жить с поэтом – год считается за три!».

И когда я, много лет спустя, поздравлял свою Гульнар-женгей с 60-летием, она, напомнив мне слова Олжаса Омаровича, сказала: «Мне не 60, мне – 180 лет».

В 1977-79 годах Бахытжан учился на Высших курсах режиссёров и сценаристов в Москве и был ассистентом режиссёра у Эмиля Лотяну на съёмках фильма «Мой ласковый и нежный зверь».

А с 1981 по 1983 год он учился на Высших литературных курсах при Союзе писателей СССР у Александра Межирова.

С начала и до середины 80-х годов у Бахытжана был активный период писательской работы. Издано несколько поэтических сборников. Стихи и поэмы публиковались в периодической печати в Казахстане и за рубежом. С 1982 по 1986 год он перевел на русский язык жемчужины народного творчества – эпоса «Кыз-Жибек». По мнению многих специалистов его перевод этого литературного памятника лучший из всех предыдущих.

После декабря 1986 года Бахытжана подвергли критике партийные органы. Из-за своего стихотворения «Позабытый казахский язык» он был обвинён в национализме. 1987 год был не простым для него. Стихи его были под негласным запретом. Весной 1987 года состоялся Пленум ЦК ЛКСМ Казахстана, на котором присутствовал 1 секретарь ЦК ВЛКСМ Виктор Мироненко. На пленуме бывший секретарь ЦК компартии Казахстана по идеологии (которого Олжас называл в свое время «выключателем») заявил во всеуслышание, обращаясь к Мироненко: «А у нас некоторые, не согласные с политикой партии, молодые поэты пишут такие стихи, например». И зачитал своим зычным голосом стихотворение Бахытжана. Я был на этом пленуме и при выступлении «выключателя» демонстративно встал и вышел из зала. Когда я шёл к выходу, то я видел лица сидящих на пленуме моих коллег. Во взгляде некоторых читался испуг и тревога за меня. Действительно последствия могли быть всякие.

Ситуация изменилась к 1988 году. Секретарём ЦК по идеологии стал Узбекали Джанибеков. С его приходом стихи Бахытжана снова стали появляться в печати. Говорят, что на одном из аппаратных совещаний, когда снова речь зашла о творчестве Бахытжана, Узбекали-ага негромко, но твёрдо сказал: «Не трогайте его». А в 1989 году с одобрения Джанибекова в издательстве «Жалын» вышел в свет красочный альбом «Кыз-Жибек» на русском языке в переводе Бахытжана Канапьянова.

В 1996 году в США вышла книга Бахытжана на английском языке «Time of the Silence». Предисловие написал Андрей Вознесенский. Издательство констатировало, что Бахытжан Канапьянов - первый казахстанский поэт, изданным в Америке.

Сейчас Бахытжан Канапьянов – секретарь Союза писателей Казахстана, курирующий вопросы взаимодействия литературы разных стран мира.

Как собкор «Литературной Газеты», он опубликовал в ней свыше 50 статей о литературной жизни Казахстана. Его произведения переведены на многие языки мира и изданы отдельными книгами в разных странах. В 2017 году вышедшая в Париже на французском языке его книга «Обратная перспектива» была презентована в Штаб-квартире ЮНЕСКО.

Он лауреат различных престижных литературных премий. А в декабре 2020 года стал лауреатом Государственной премии РК.

Ровно пять лет назад, в год 70-летия Бахытжана, в Павлодаре у здания Высшего педагогического колледжа имени Мусахана Канапьянова состоялась торжественная церемония открытия памятника-бюста нашему отцу, где мы с братом присутствовали. А на следующий день посетили родовое кладбище в Торетумсуке, где поклонились родителям.

Свое 75-летие поэт Бахытжан Канапьянов встречает в хорошей творческой форме. В преддверии этого события по программе Министерства культуры и информации Республики Казахстан «Повышение конкурентоспособности сферы культуры и искусства, сохранение, изучение и популяризация казахстанского культурного наследия» вышла в свет его книга «ПО ТУ СТОРОНУ ЛУНЫ» Памяти Мурата Мухтаровича Ауэзова. Издательством «Жибек Жолы» выпущена книга «ЖАН БАХЫТ» («Кочевая звезда Бахытжана»). В этом двухтомном издании собраны публикации о творчестве и судьбе известного поэта, писателя, издателя Бахытжана Канапьянова. А в цикле Библиотека «Простора» увидела свет книга новых стихов и прозы Жана Бахыта «Тасбих», которая состоит из разделов: «Поздние стихи», «Доцифровая эпоха», «Вечер поэзии».

Закончить свое эссе хочу его поэтическими строками:

Я просто пишу стенограмму,

И авторство мне ни к чему,

Но путь мой к небесному храму

Не повторить никому.

Поздравляя Бахытжана с юбилеем, пожелаем ему здоровья и вдохновения!

Ерулан Канапьянов,

композитор, президент Евразийского Фонда культуры,

Литературные классики о творчестве Бахытжана Канапьянова

Я признателен моему другу поэту Бахытжану Канапьянову, который принадлежит к разряду тех (увы, немногочисленных) людей, без которых на свете не стоило бы жить.

Бахыт Кенжеев, Монреаль, Канада, 1997 г.

Степи Центральной Азии порождают не только большие караванные пути и великие ветры. Они дают миру поэтов. Их стихи работают «поверх барьеров». Поэт Бахытжан Канапьянов – один из тех, кто делает это вопреки нашему сумасшедшему времени.

Андрей Вознесенский,

Из предисловия к книге Б. Канапьянова «Time of the Silence» –
«Время тишины», на англ. языке. США, 1995 г.

Бахытжан Канапьянов весь замешан на национальном, хоть и выражает свои затаенные чувства и думы средствами русского языка. Дух казахской поэзии близок и понятен Бахытжану. О том свидетельствуют его добротные переводы эпоса «Кыз Жибек», поэзии Шакарима.

Герольд Бельгер , 1996 г.

Кочевая звезда поэзии Бахытжана Канапьянова светит мне здесь, в Финляндии, среди озер, серых валунов и сосновых сопок, словно далекий костер в долине. И этот далекий свет по сути своей гораздо ближе, ближе по духу поэтического восприятия мира.

Юкка Маллинен, Финляндия, 2000 г.

Мои последние переводы Бахытжана Канапьянова были опубликованы в литературном журнале «Pujiang Literature» (г. Шанхай), в выпуске № 4 за 2018 год. Что мне больше всего понравилось в этих повествованиях, так это их свежесть и впечатления детства, оживленные воображением поэта. Воплощение красоты в «Балбале», вызывающая глубокую печаль тайна истории «Бахчисарай», переплетение юности, старости и древних сказаний в «Священном Белом Гусе» и неподдельная человеческая забота в «Звездопаде».

С этими произведениями, переведенными и опубликованными на китайском языке, известный казахский поэт Бахытжан Канапьянов был представлен китайскому читателю, и я жду того дня, когда поэтика его творения завладеет сердцами китайских любителей художественного слова.

Оуянг Ю, Китай – Австралия

Поэтам, чиновникам, издателям, сокурсникам, соседям, случайным знакомым, красивым женщинам, коллегам, попутчикам в самолетах, редакторам и официанткам в гостиничных буфетах — Бахытжан Канапьянов запомнился всем, кто с ним сталкивался, безупречно отзывчивым и талантливым человеком, Я думаю, что такие люди, как он, являют миру лица своих народов. Кто знает, может быть, когда-нибудь, говоря о казахах, будут вспоминать моего друга, поэта Бахытжана Канапьянова. Истинный сын степей, он одновременно человек мировой цивилизации, иногда наивный, как ребенок, иногда многомудрый в своих делах. Он с детства впитал наставления Абая и метафоры Пастернака.

«Векзаметры» Бахытжана Канапьянова, как мне кажется, это то, что отличает его от поэтических собратьев. В сущности, он изобрел новый жанр. В этом названии — неожиданный симбиоз «века» и «гекзаметров». В поэзии каждый должен выйти на свою тропу. Здесь это удалось поэту.

Ян Август, 1999 г.

Казахский поэт правит Балканами

Прежде всего, я должна сказать, что казахская литература на Балканах неизвестна. В Сербии несколько лет назад появился памятник Жамбылу Жабаеву, но не переводились его произведения. Однако, стараниями энтузиастов появились в 2019 году переводы Абая в Белграде, но без презентаций, и о них мало кто слышал.

Ситуация с Канапьяновым — иная. Его стихи на сербском языке впервые

появились в переводе Милана Вуковича, известного югославского и сербского переводчика. Затем, в 2020 году, в Белграде были опубликованы два сборника стихов Канапьянова: «Алма-яблоко» в издательстве «Алма» и «Золотая тишина» в издательстве «Ассоциация поэтических создателей». Обе книги — в моем переводе.

Стихотворения Канапьянова переводились на македонский язык и публиковались в литературных журналах. Верим, что скоро появится отдельный сборник его стихов на македонском языке. Переводчица — Елена Петковская.

Стихи Канапьянова будут изданы к концу 2021 года в Сараево (Босния и Герцеговина) и в Загребе (Хорватия).

В крупных издательствах «АС Оглас» и «Эверест Медиа». Отдельные сборники стихотворений Канапьянова позже будут изданы в Подгорице (Черногория) и в Тиране (Албания). Поэтому одна из статей в сербской прессе озаглавлена: «Казахский поэт правит Балканами».

Балканские писатели с громкими именами: Милутин Джуричкович, Анджелко Заблачаньский, Деян Спасоевич, Зорица Тиянич, Дело Юсуфи сошлись во мнении, что поэзия Канапьянова — оригинальная, сильная, исполненная реальности и духовности — настоящий носитель любви, толерантности, гуманизма, она показывает, каким должен быть человек!

На Балканах «векзаметр» — совершенно неизвестное определение. Впервые балканские народы познакомились с этим понятием и идеей через поэзию Бахытжана Канапьянова!

.

Даяна ЛАЗАРЕВИЧ,

магистр филологии, переводчик, Сербия. 2021 г.

академик Академии журналистики Казахстана

Слово о Жан Бахыте

Международный круглый стол «Векзаметры Жана Бахыта»

Я его знаю уже полвека. Мы начинали в Союзе писателей, где я был первым секретарем, а он – мне помогал в работе... И выяснилось, что он кроме такой организаторской работы очень хорошо владел пером, являлся талантливым молодым поэтом.

Довольно много успел за это время написать, я не всегда следил за нарастанием его творчества. По отдельным его выступлениям, по отдельным наградам узнавал, что он идет нормальным путем. Нормальным – как любой классик, приближается к каким-то важным ступеням. Не на лифте поднимался, а по ступенькам. Вот это я советую даже нашим государственным мужам, развивать именно такую систему кадрового потенциала. Не на лифте подниматься со дна общества, как взлетают некоторые люди и оказываются на самом верху Олимпа. А потом и сами растерянные, не знают, что делать, и заваливают свое дело, но продолжается это, к сожалению. А вот такой путь – он естественный, нормальный, природный. Этим путем прошел и наш юбиляр.

У японцев есть интересная традиция: когда поэт или философ достигает определенного возраста, он меняет свое имя и этим самым определяет, сохранилось ли в его творчестве что-то такое, что привлекает внимание читателей и почитателей. Вот и он поступил так же: через некоторое время его стали называть вместо «Бахытжан» – «Жан Бахыт». И в этом качестве он тоже обрел и читателей, и почитателей, и не утратил, а нарастил. Желаем ему в этом деле больших успехов и дальше, а потом, через некоторое время, еще одну какую-нибудь редакцию имени сделает, и таким образом он обогатит нашу литературу и этим вариантом тоже. Сейчас поздравляю тебя с этой встречей с друзьями и с этой датой, Бахытжан – Жан Бахыт!

Олжас Сулейменов, поэт, директор Международного Центра сближения культур под эгидой ЮНЕСКО

Человек большого пространства

Может быть, свыше пятидесяти лет прошло, когда мой друг по жастулпаровским годам Марат Балтабаев привел тебя в нашу среду... Мы в яблоневом саду играли в футбол, бывшие жастулпаровцы. И вот, привел Марат Балтабаев молодого человека, он включился в игру, оказался невероятно спортивным, потом узнали, что у него 1-й разряд по боксу и так далее. Ну а в футболе в тот день он показал высший класс и вот с этого началось приятие тебя полностью нашей средой.

Потом уже пошли годы очень многих встреч, совместных поездок. И пространства самые разные: горизонтальные, вертикальные, горы и так далее. Мы с тобой вместе одолевали разного рода экспедиции, и костры, и на дороге сидели, когда машина сломана и неизвестно, когда помощь откуда-то придет. И в этой дальней дороге, в этом пространстве Бахытжан себя очень комфортно чувствовал, и тем завоевывал сердца бывалых путников, странников. Ну даже чего стоит одна эта поездка «Каспий: нефть и культура», когда мы объехали вокруг Каспия целый ряд городов с Мангышлака. Он – человек дороги, большого пространства. Дорога проверяет человека, и здесь есть еще одна особенность: у тех же самых костров, я помню, мне было приятно осознавать, что я причастен к рекрутированию Бахытжана для участия в той или иной экспедиции. Мы все с удовольствием слушали его стихи. Поразительная особенность: негромко, но как точно и хорошо воспринимаются эти стихи в естественной среде.

Мне посчастливилось знать Сержана – старшего брата и вообще семью Канапьяновых. Это потомственные просветители. Просветительство в разные эпохи имеет разное содержание. К примеру, обаяние настойчивости экспансионизма. Кто-то просвещал головы для грядущей революции во Франции, в Европе. А у нас просветительство – то, которое, мне кажется, свойственно и твоему отцу, – это те самые просветители традиции алашординцев, школы Абая, и в конце концов это ответ на те тревоги, которые очень горько прозвучали в стихах поэтов течения «Зар заман». «Зар заман», то есть «наступающее лихолетье», – апокалиптическое направление в литературе. Тогда стоял вопрос «быть или не быть?». Абай был теми же вопросами озабочен. Но они ставили вопросы, они выражали эту мучительность сомнений относительно будущего своего народа. Абай искал и находил ответы. И, конечно, алашординцы и великая школа, великая духовность, великое мужество алашординцев, а там включается такой компонент как «мощное знание», «обязательное знание», это ренессансное «сегіз қырлы, бір сырлы»... Вот такой поэт, знающий очень много и очень всерьез воспринимающий всю ту действительность. «Быть или не быть?» – такой вопрос стоял. И эта традиция сообщает некую особенность нашей поэзии, настоящей поэзии и литературе. Высокое просвещение во имя выживания. Бахытжан во многом органичен этой традиции, приобщен к ней. Потому что воспитание такое, среда такая и гены, если хотите, такие: педагогические, просветительские, высочайшего уровня, высочайшего благородства.

Второе, что я хотел бы отметить, ну да, это просветительство начала ХХ века. Вот Игорь хорошо сказал, что даже семидесятники от чего-то ушли. Ты миновал, так сказать, ситуации их деградации. У тебя это очень здорово, хорошо получается.

Я хотел бы еще обозначить вот такую вещь: патриотическая сила толерантности. В связи с твоим творчеством, Бахытжан, мне приходят эти слова. Восприятие иных культур как своих, родных. Эта толерантность, истинная, очень благородная, очень высокочеловечная, особенно важна во времена дегуманизации, потери цивилизационных начал. Это огромная сила твоего творчества, Бахытжан. Как ты писал о японских военнопленных, как ты здорово понял шведа Андерсона, жившего на берегу Балхаша, и так далее. Сердце твое огромно, оно, конечно, и Чернобыль, и все вмещает, и в то же время оно очень органичное. Идет ли это от семьи? И вот здесь я сомкну два начала, которые в тебе присутствуют – и от просветительства, и то, идущее от чингизидов, торе, батыров, потому что в казахском эпосе, для того чтобы человека признали героем, он должен был ответить на вопрос «жеті қырдан астың ба, жеті жұрттың тілін білдің бе?», то есть «одолел ли ты семь хребтов, узнал ли ты языки семи народов?». Семь – это символ множественности. И только такими могли быть настоящие батыры, герои земли, защитники ее, они были толерантны, поскольку огромное количество народов проживало на окружающих ландшафтах, с которыми общались кочевники. Эти два начала в тебе как-то очень хорошо сомкнулись. Естественная, простая, улыбчивая отвага и патриотическая сила толерантности – все это в полной мере сомкнулось в тебе. Поэтому, дорогой друг, ты несешь в себе с огромным достоинством то, что тебе было даровано природой и небесами, ты прекрасно чувствуешь дорогу, небо, горы. Мы в этом всегда убеждались. Огонь хорошо тебе открывается тоже, и мясо яка, которое варится в котле, и такие замечательные ландшафты. Но и еще то, что ты достойно несешь в себе чувство торе, это начало, которое ты подтверждаешь, в частности, отсутствием
заносчивого торизма. Оно очень человечное, нормальное, очень гуманистичное, бесконечно сильное, оно обладает возможностью удерживать гармонии очень многих разных людей и сословий. Например, все твои сотрудники, всегда особая атмосфера издательского дома «Жибек жолы». Когда приходишь, там всегда улыбки, любовь сотрудников к своему начальнику, и вообще редкое качество такое – душевности и признания.

Помнишь, когда Чингиз Айтматов скончался, мы с тобой там, где-то в твоей квартире в Астане услышали эту ночью? Я помню, как мы близко восприняли эту весть и откликнулись на нее... Великолепные статьи, эссе, чем бы он ни занимался, это «сегіз қырлы, бір сырлы», это абсолютно ренессансный человек, и мне приятно, что ренессансные люди добры. Кто подлинно ренессансен, кто вдохновенно одарен, тот и добрый человек. И он никогда не заскулит в дороге (я помню, когда возвращались с Балхаша и совершенно не было ясно, выберемся оттуда или нет, а он шутит, анекдоты рассказывает и читает стихи – это было очень здорово). Он своим пером и творчеством абсолютно равновесен этому миру, в его радостях, горестях и испытаниях. Для меня это очень приятное событие – и то, что сегодня происходит, и происходит великолепно!