Игра в монополию. Власти

Подробности

234

26.08.2026

Ирина ГАРИНА, специальный корреспондент «Новой газеты Европа»

Чего ждать после выборов в Казахстане, где победила партия Токаева? Объясняет журналист и писатель Асылбек Бисенбаев

В Казахстане на парламентских выборах победила партия «Адилет» («Справедливость»). От роду ей ко дню голосования не было и двух месяцев, если считать с момента официальной регистрации. Но она сумела не просто победить всех соперников, а набрать, согласно первым подсчетам, конституционное большинство в единственной палате Курултая I созыва. Еще и при рекордной явке в 74%. Иначе говоря, граждане Казахстана в едином порыве, какого прежде не было, бросились на выборы, чтобы дружно голосовать за силу, которая все без малого два месяца своей жизни по всем мыслимым каналам рассказывала, до какой степени она поддерживает президента республики Касым-Жомарта Токаева. В сентябре в Российской Федерации кандидатам в Госдуму надо не ударить в грязь лицом и переплюнуть казахстанских коллег.

Внеочередные парламентские выборы в Казахстане были назначены после того, как на референдуме в марте этого года народ с тем же энтузиазмом поддержал изменение Конституции республики. В новой редакции документ устанавливает, что Казахстану достаточно одной палаты парламента, — она теперь называется Курултай. Функции Курултая сводятся к одобрению решений президента и собственно законотворчеству, и, чтобы то и другое делалось эффективнее, партию, которой предстояло победить на выборах, с момента основания возглавил бывший глава администрации Токаева. Новая Конституция дает практически неограниченные полномочия президенту страны. Зачем нужен еще и ручной парламент и на чьих примерах учится Республика Казахстан — объясняет политический аналитик, журналист и писатель Асылбек Бисенбаев.

— Асылбек, считаете ли вы результат партии «Адилет» в 71% на парламентских выборах настоящим?

— Вряд ли этот результат может быть настоящим, потому что само появление партии было совершенно неожиданным. До этого существовала партия «Аманат», созданная первым президентом Казахстана, на выборах в 2023 году она набрала 53,9% голосов. И вдруг неожиданно ее распускают и вливают в еще не созданную новую партию. Просто вывеску меняют. И вот ниоткуда возникшая партия побеждает на выборах, набирая 71,8%, согласно первым подсчетам. Есть и другие косвенные подтверждения того, что результат трудно считать настоящим. Например, официальная явка избирателей.

— Она какая-то уж очень высокая.

— Явка очень интересная. Маркером здесь можно считать город Алматы. На всех прежних выборах там приходили голосовать плюс-минус 24% избирателей.

На этих выборах в Алматы пришли около 43,23%, то есть почти в два раза больше, чем обычно. Хотя независимые наблюдатели, присутствовавшие на этих выборах, отмечали низкую явку. Такую, как обычно и была.

— Вот видите, в Казахстане еще есть независимые наблюдатели на выборах. Российской Федерации надо учиться у вас демократии.

— Да, независимые наблюдатели есть. И есть просто люди, которые приходили на избирательные участки, наблюдали за происходящим, отмечали. Допустим, на референдум по Конституции я специально ходил после обеда. Меня попросили расписаться на листах, где отмечались избиратели. И по количеству подписей я обратил внимание, что явка была очень низкая. Официальные лица потом говорили, что она была достаточно высокой. И в случае с этими парламентскими выборами мы можем говорить, что продолжается давняя традиция.

Если говорить о явке, я бы обратил внимание еще на несколько моментов. Во время выборов было очень много разных театрализованных постановок, приходили люди, одетые в национальные костюмы. Видимо, так хотели привлечь внимание избирателей. Может быть, хотели показать активность избирателей. Еще одной попыткой подстегнуть интерес к выборам было появление первого президента Нурсултана Назарбаева, который голосовал не на избирательном участке, а дома, это в принципе допустимо. Это тоже широко транслировалось.

Практически все выборы и все референдумы, которые проходили в Казахстане, подвергались критике международных организаций, правозащитных и других. На всех отмечали отсутствие возможности выдвигать альтернативы, если речь шла о выборах, низкую явку и многочисленные факты фальсификаций.

— В Казахстане, как и в РФ, нет минимального порога явки и графы «против всех»?

— Графа «против всех» в данном случае была, этот вариант набрал чуть больше 2%. Хотя, допустим, в социальных сетях было очень много мнений, которые разделялись на две половины: не идти на выборы и голосовать против всех.

— Вы хотите сказать, что 2% против всех — это неправдоподобно мало?

— Наоборот: очень много. Их, видимо, было так много, что пришлось всё-таки констатировать, что два процента таких нашлось.

— И получается такая картина: 23 августа казахстанцы с беспрецедентным рвением бросились на избирательные участки, чтобы голосовать за партию, о которой еще недавно ничего не знали?

— Так и получается. Если вернуться к явке, то в Западном Казахстане она, по официальным данным, доходила почти до 90%. Такого никогда не было.

— Если предположить, что всё это было сфальсифицировано, то зачем? Конституция Казахстана и так дает президенту почти неограниченные полномочия. Зачем нужно еще и конституционное большинство в парламенте? Чем плохи были бы прежние 55–60%?

— Здесь надо смотреть на общую ситуацию в стране. Это один из маркеров. Сейчас Казахстан находится в очень тяжелом экономическом положении, и резкое снижение качества жизни казахстанцев продолжается. Это вызвано, в первую очередь, войной, которую ведет Россия против Украины, она сказывается и на Казахстане. В частности, идут атаки на порт в Новороссийске, а через него Казахстан экспортирует примерно 80% своей нефти. Доходы от нефти — это, по многим данным, около 80% нашего бюджета. Каждая остановка экспорта дает миллиардные убытки.

Второй момент — коррупция. За последние годы она резко выросла, в рейтинге коррупции раньше Казахстан занимал, если мне память не изменяет, 98-е место, а сейчас поднялся на 104–105 место.

Многие проекты, развернутые в Казахстане, не имеют отношения к росту экономики, а, наоборот, ложатся тяжелым прессом на бюджет нашей страны. Например, Токаев инициировал строительство недалеко от Алматы нового города Алатау, который должен привлечь иностранные инвестиции. Почему именно он должен привлечь иностранные инвестиции? Этого никто не объяснил.

У нас существует несколько десятков свободных экономических зон, которые не принесли никаких новых проектов и никаких новых инвестиций, тем более зарубежных. По уровню инвестиций в условиях серьезной международной ситуации, коррупции и непрофессиональных действий правительства мы даже откатились назад. Поэтому идет спад уровня жизни.

И вот считается, что в этих условиях необходимо показать прекрасное лицо Казахстана, который занимается демократическими экспериментами, проводит выборы партии и так далее.

— А в существующих экономических зонах лицо Казахстана недостаточно прекрасно?

— Мы всё время задаем этот вопрос, но ответа нет. Считается, что появится новая свободная экономическая зона, город Алатау, и вдруг все начнут инвестировать в нашу страну.

Учитывать надо и фактор войны. Основной инвестор для Казахстана — американские компании, которые добывают нефть на Каспийском море и экспортируют через Новороссийск. Американский президент Дональд Трамп обратился к украинскому президенту Владимиру Зеленскому, попросив прекратить удары по Новороссийску, но пока всё это сказывается на нашей экономике.

— Но при чём здесь результаты президентской партии на выборах? Для чего показывать их настолько блестящими?

— Чтобы показать, скажем так, свою эффективность, президенту приходится проводить определенные политические инвестиции. Вот он проводит изменения в Конституцию. Народ Казахстана проголосовал за нее, но он голосовал так же, как на этих выборах. И никто не понимал, зачем это нужно.

Одна из новаций была — из двухпалатного парламента сделать однопалатный, но при этом создать еще один консультативно-совещательный орган при президенте — Народный совет. При этом для казахстанцев и здесь были сужены возможности принимать альтернативные решения. Допустим, в Российской Федерации хотя бы была партия «Яблоко», как она себя провозглашала — не антипутинская, но хотя бы антивоенная…

— Ключевое слово здесь — «была».

— Да, ее не допустили до выборов. Но у нас и этого нет. У нас было принято решение, что в парламент — Курултай — будут избираться, в соответствии с новой Конституцией, депутаты только от политических партий. Опыт показал, что зарегистрировать политическую партию невозможно.

— Как это невозможно? Вот же: партия «Адилет» только в мае была создана, а 1 июня уже зарегистрирована.

— Да-да. Участвуют в выборах только те партии, которые появились по инициативе или с согласия администрации президента.

— Почему даже этим «допущенным к столику» партиям сильно разгуляться не дали, отвели на всех меньше 30%?

— Вся интрига заключалась в том, кто из этих «допущенных к столику» будет допущен в Курултай. Зависело от того, что об этом думают в Акорде, это аналог российского Кремля, какие решения примут там. Оставалось только гадать, как это будет происходить, какую партию уберут. Допустим, наша Партия зеленых на прошлых выборах набрала 2,3% голосов, а теперь — 1%.

Председатель партии хотел выступить с протестом, но потом появилось сообщение: он приносит извинения, выступления не будет. То есть и протестные настроения регулируются.

Еще один непонятный момент — должность вице-президента, появившаяся по новой Конституции. На выборах в США, допустим, президент и вице-президент идут на выборы в связке. У нас голосуют за президента, а потом уже он назначает вице-президента. Как бы с согласия парламента.

— Так вот зачем нужен настолько «правильный» парламент?

— Да, для этого и нужен. Сейчас Токаев выступает и говорит: скоро вы узнаете, кто будет нашим вице-президентом, это достаточно известное и популярное в Казахстане лицо. Лиц известных и популярных в Казахстане достаточно много. Дальше люди спрашивают: а будут ли продлены полномочия действующего президента? В самом начале Токаев говорил, что избирается на один семилетний срок, как и предполагает Конституция.

— Разве не ответил на этот вопрос Верховный суд, причем по запросу самого Токаева? Срок обнулен в лучших традициях.

— Вот об этом и речь. И многие считают, что и прошедшие выборы, и другие изменения связаны с тем, что президент Токаев после этого срока сможет избираться на новый. Но после того как будет сформирован Курултай, президент Токаев должен выдвинуть кандидатуру вице-президента. При таком парламенте он, конечно, получит согласие на любую кандидатуру. Но, согласно новой Конституции, даже если парламент откажется принимать вице-президента, президент имеет право вновь поставить вопрос об избрании того же человека. А если парламент опять откажется, президент имеет право его распустить.

Представьте себе ситуацию: президент в парламенте ставит вопрос об избрании вице-президента, получает согласие, а потом говорит, что устал и уходит. Это конспирологическая версия, но мне она не кажется безосновательной. Место главы государства занимает вице-президент, дает присягу. В течение двух месяцев Курултай должен назначить выборы нового президента. Как вы считаете, сможет ли кто-то помешать вице-президенту победить на этих выборах, учитывая все рычаги, которые дает ему Конституция?

— Нет.

— Нет. Так что это может быть форма легитимной передачи власти новому человеку.

— А зачем такие сложности? Зачем, спрошу я снова, так заботиться о составе Курултая, если фактически он вообще ничего не решает? Зачем нужно конституционное большинство президентской партии? Написали бы, как раньше, 51%. Ну, пусть 55%.

— Это никуда не годится, что вы. У нас «народ и партия едины». Помните, как говорили в советское время? За «нерушимый блок коммунистов и беспартийных» проголосовали 99,9%.

— То есть надо еще поблагодарить казахстанский избирком, что дал остальным партиям лишних 27%?

— Конечно. То, что мы видим сегодня, пока предварительные итоги, они могут быть поправлены как в сторону увеличения, так и уменьшения, если вдруг станет ясно, что как-то неудобно перед Западом. В любом случае цифры будут определяться не подсчетом голосов, а ситуацией на тот момент, когда надо будет подвести окончательные итоги.

— Как вы считаете, Казахстан идет по стопам России — или их пути так похожи по другим причинам?

— Абсолютного повторения не бывает, нужно учитывать специфику страны, ее историю, состав элит. Просто у нас одинаково недемократические государства, которые подавляют оппозицию, преследуют за инакомыслие, ограничивают средства массовой информации. Если вы посмотрите, допустим, на события последнего полугода, в Казахстане продолжаются массовые преследования журналистов.

У нас действует фактически запрет на формирование политических партий. У нас нет пока закона об иноагентах официально, но по сути он есть, у нас тоже ввели жесткую отчетность по финансированию из-за рубежа.

— В Российской Федерации закон об иноагентах тоже начинался с этого.

— Плюс — жесткое подавление попыток создать независимые профсоюзы, общественные объединения и так далее. Допустим, недавно в Алматы был блэкаут. Полиция не успевала справляться с уличным движением. Тогда стали выходить граждане, чтобы регулировать движение. Замечательная инициатива, правда? Теперь — комментарий полиции: граждане приняли на себя функции полицейских, государственных органов, поэтому они могут быть привлечены к административной ответственности и оштрафованы.

— Класс!

— Любая инициатива граждан, особенно — попытка самоорганизации, особенно — решение проблем, которые должны бы решать власти, преследуется по закону. Почему? Потому что сегодня граждане могут объединиться, например, чтобы отремонтировать дорогу, завтра они захотят решать какие-то социально-экономические вопросы, а потом поставят вопрос, зачем им вообще такая власть.

Кстати, с ремонтом дороги — это реальный случай: граждане собрались и отремонтировали ее, и их немедленно за это оштрафовали. Или другой пример: один из жильцов дома решил отремонтировать подъезд, выставил всё необходимое для ремонта, его тут же оштрафовали.

— За что? Подъезд — это же собственность жильцов, хотят — ремонтируют?

— Всегда есть за что штрафовать. Количество штрафов по разным предлогам в Казахстане постоянно увеличивается. Поступления в бюджет из основного источника, от нефти, упали. В связи с этим у нас был поднят НДС. И по этой же причине вводятся дополнительные штрафы и налоги. Власти необходимо получать деньги, но она не может организовать это с помощью рациональной экономической политики.

— Откуда, по-вашему, такое сходство режимов в двух странах?

— Это логика существования всех подобных режимов. Есть свои вариации в Белоруссии, свои — в России, в Казахстане, в Узбекистане, Таджикистане, Туркменистане. Где-то градус может быть выше, область применения репрессий шире. Но логика везде одинакова. Это режимы, существующие благодаря системе репрессий, подавления.

— Учитывая то, что происходит в Казахстане с выборами, есть ли для вашей страны какой-то выход из этого?

— В соответствии с законом, если я буду говорить о выходе из этой ситуации, меня могут привлечь к ответственности за призывы к изменению конституционного строя.

• Вперёд >