Казахстан 3.0: две стратегии второго транзита
- Подробности
- 1594
- 19.01.2026
- Виктор КОВТУНОВСКИЙ, политолог, телеграм-канал «Хроника грядущих событий»
Перед нынешним главой государства стоит не институциональный, а личный выбор: между бесконечным продлением собственных полномочий и поиском «тихой гавани»
Я уже писал о том, что переход к однопалатному парламенту и очередное изменение Конституции ничто иное, как подготовка Касым-Жомарта Токаева к транзиту власти. По гамбургскому счету перед нынешним главой государства стоит не институциональный, а личный выбор: между бесконечным продлением собственных полномочий и поиском «тихой гавани», где можно было бы доживать, не опасаясь преследований. У обеих стратегий есть свои риски, однако, судя по всему, первый вариант он пока рассматривает как резервный, сосредоточившись на втором.
Эта стратегическая развилка также определит, по какому пути своего развития пойдет Казахстан как государство. Если карьера Токаева продолжится на высшем международном уровне, то внутри страны нам предстоят системные политические сдвиги. Судя по суете в Акорде, есть хорошие шансы, что пять постоянных членов Совета Безопасности ООН отнесутся благосклонно к кандидатуре Токаева на занятие поста Генерального секретаря. Если так, то с намеченными реформами ему следует поспешить.
Но даже если переговоры о переезде президента Казахстана из Астаны в Нью-Йорк сорвутся, нестабильная международная обстановка и кризис экономики в самом Казахстане подталкивают Токаева к необходимости заранее просчитывать пути отступления. Год окончания его официальных полномочий неумолимо приближается, а окно возможностей для маневра сужается.
Выбор надежного и преданного преемника не всегда — точнее, почти никогда — не бывает гарантией личной безопасности для уходящих правителей. Как показывает история, в том числе и наша, причем совсем недавняя, наследник прежде всего озабочен укреплением собственной власти и популярности. А для этого проще всего переложить ответственность за все беды на своего предшественника и начать ревизию его наследия. Многие наблюдатели уверены, что в расследовании событий, произошедших в январе 2022 года, точка еще не поставлена.
К тому же надо иметь в виду, что в условиях ограниченного суверенитета выбор преемника - не исключительная прерогатива действующего президента. Он вынужден будет ориентироваться на установки «стратегического союзника», агрессивно отстаивающего свои имперские интересы на постсоветском пространстве.
Именно поэтому благополучие транзита зависит не столько от личности третьего президента, сколько от объема его полномочий. Чем слабее президентская вертикаль, тем сложнее будет новому правителю воплощать собственные политические прихоти, тем больше он вынужден будет считаться с интересами иных влиятельных фигур, к каковым, несомненно, относится Генсек ООН.
Когда мы констатируем тот факт, что Казахстан - суперпрезидентская республика, следует учитывать, что таковой его делают прерогативы главы государства, позволяющие полностью контролировать законодательный орган и силовые структуры. Немалую роль в этом контроле играет и монопольное положение одной парламентской партии. Следовательно, план транзита неизбежно должен включать в себя и существенное ограничение полномочий президента, и радикальное переформатирование партийного поля.
По всей видимости, 20 января на Национальном курултае Токаев озвучит основные параметры конституционной реформы. Именно тогда станет понятно, изменится ли роль главы государства в формировании кабинета министров и Центральной избирательной комиссии, сохранится ли у будущего президента право досрочно распускать Мажилис и назначать новые выборы. Эти детали и определят, идет ли речь о косметическом ремонте системы или об усилиях хозяина Акорды застраховаться от политических рисков.