Ускоряющиеся частицы

События внутри транзитного периода с каждым днем будут только нарастать, но справятся ли с этой скоростью сами бенефициары транзита – вопрос открытый.


В течение последних двух недель казахстанская власть и ее оппоненты в виде несистемной оппозиции развили бурную активность – они ведут взаимный спор вокруг конституционной реформы. Власть же параллельно начала искать внутри себя врагов и предателей, делая это не без доли лукавства. При этом ей пришлось еще и делать шаги во внешней политике, главный проект которой опять трещит по швам. «Новая газета» – Казахстан» выяснила, как ведет себя политический истеблишмент под давлением в эпоху больших перемен.


Тайна 26-й статьи

В Казахстане продолжается активное обсуждение конституционной реформы, объявленной президентом. Но идет оно, конечно, не так, как представляла себе власть: если всенародное обсуждение в понимании Назарбаева где-то и ведется, то о нем не слышно почти ничего. Зато в публичном пространстве вновь появилась несистемная оппозиция, получившая в свои руки инструмент для нового давления на власть и влияния на общество. Речь о планируемом изменении 26-й статьи Конституции РК: среди всех изменяемых статей она единственная формально не имеет никакого отношения к политическим преобразованиям.
Двадцать шестая статья касается права частной собственности и состоит из двух пунктов. Изменить предлагается оба. Во фразе «Граждане Республики Казахстан могут иметь в частной собственности любое законно приобретенное имущество» выражение «граждане Республики Казахстан» предлагается заменить на «каждый». Пункт 2 предлагается расширить до следующей формулировки: «Право собственности неприкосновенно. Собственность, в том числе право наследования, гарантируется законом. Не допускается принятие законов и иных правовых актов, ограничивающих или лишающих права собственности на имущество, приобретенное законным путем, если иное не предусмотрено Конституцией».
Весь информационный шум развился вокруг первого пункта. Представители оппонирующей власти группы экспертов, журналистов и несистемных политиков выразили опасение, что замена «граждан» на «каждого» позволит обойти мораторий на поправки в Земельный кодекс, согласно которым иностранные инвесторы получают более широкий доступ к казахстанской земле. В апреле – мае прошлого года поправки в Земельный кодекс привели к массовым митингам по стране – с задержаниями и арестами. Но тогда власть пошла на попятную и, как считают несистемные оппозиционеры, сейчас решила отыграться.
Информационная кампания против изменений в 26-ю статью отличается большим разнообразием: в ход идет привлечение лояльных оппонентам власти медиаресурсов, а в интернете каждое выражение, связанное с противостоянием 26-й статье, закавычивается и делается цитатой-мотиватором: общая стилистика – «руки прочь от казахской земли». В эпоху всеобщего троллинга подобный пафосный подход мог выглядеть наивно. Однако это, как ни странно, сработало в той части, что власть была вынуждена реагировать на массовое недовольство. Другое дело, что отреагировала она привычными объяснениями в духе «будет так, как мы сказали». В частности, в информационное поле была выведена фигура сенатора Серика Акылбая, который заявил: «Под «каждым» подразумеваются граждане Казахстана, иностранные граждане и лица без гражданства. Почему мы не должны обеспечить сохранность имущества нерезидента республики или лица без гражданства? Например, у него автомобиль, у него одежда, компьютер. Это считается имуществом. Кроме того, иностранные граждане привозят сюда инвестиции, это тоже имущество. Вносимые инвестиции должны охраняться, их сохранность необходимо обеспечить Конституцией». Оппозицию это, разумеется, не убедило, поскольку вопрос земли как имущества был вообще проигнорирован.
Кроме того, высказался министр информации и коммуникаций Даурен Абаев (куда же без него), который попытался всех успокоить, сказав, что есть Кодекс о земле, и там запрет на приобретение земли иностранцами уже прописан, а Конституция этого не изменит. Как это ни парадоксально, с ним согласны юристы. «Пределы частной собственности на землю Конституцией непосредственно не регулируются (см. п. 3 ст. 6 Конституции). По этому вопросу она отсылает к закону, то бишь к Земельному кодексу (см. постановления Конституционного совета от 13.04.2000 и 23.04.2003), – пишет в своем Facebook адвокат Джохар Утебеков. – Иностранцы пользуются в республике правами, если иное не предусмотрено законами (п. 4 ст. 12 Конституции). Конституционный совет толкует эту норму так, что для иностранцев предусмотрен иной, ограниченный, конституционно-правовой статус (см. постановление от 01.12.2003). В том же постановлении КС сообщает, что права иностранцев в сравнении с правами граждан могут быть сильнее ограничены законом. Это Закон «О правовом положении иностранцев», а также другие законы, в том числе опять же Земельный кодекс. То есть Конституция и здесь не ограничивает иностранцев во владении землей. Она отдает это решение на уровень законов».
Однако важно то, что Даурен Абаев и представители власти всячески обходят второй пункт 26-й статьи. И в этом, кажется, кроется тайный смысл всей поправки. «Не допускается принятие законов и иных правовых актов, ограничивающих или лишающих права собственности на имущество, ПРИОБРЕТЕННОЕ законным путем, если иное не предусмотрено Конституцией». А вот это, на мой взгляд, ключевой момент во всей затее с «перераспределением властных полномочий». Особенно если учесть, что ничего не перераспределяется, то это смахивает на гарантии сохранения собственности в случае смены власти. В том числе на ручательства в отношении имущества иностранных компаний (вот тут и понадобилось уточнение пункта 1 с «граждане» на «каждый»)», – пишет Утебеков. По его мнению, при смене власти вполне возможен передел сфер влияния – в том числе экономических. А при новых поправках для пересмотра нефтегазовых контрактов (далеко не все из которых составлены в пользу казахстанской стороны. – Прим. «Новой» – Казахстан») или при пересмотре итогов приватизации 90-х годов придется опять менять Конституцию – и это в разы сложнее для будущего президента.
С этой версией солидарен юрист и правозащитник Евгений Жовтис. «Это вполне можно рассматривать как дополнительные конституционные гарантии владельцам той собственности, которая была приобретена в 90-х годах в результате приватизации, – говорит он в беседе с корреспондентом «Новой» – Казахстан». – Хотя с политико-правовой точки зрения у меня есть и в этом сомнения, поскольку прошлые изменения в Конституцию были внесены в течение 18 минут. Какие могут быть проблемы, если вдруг возникнет необходимость поменять новую норму в обратную сторону?». По мнению Жовтиса, эти поправки больше нужны «для психологического комфорта».
Любопытно, что против изменений 26-й статьи Конституции высказывался видный цивилист Майдан Сулейменов, участвовавший в разработке Конституции 1995 года и еще более 70 важнейших законов страны. В тексте его подробного анализа на сайте Zakon.kz нынешний процесс правок 26-й статьи назывался «изменениями ради изменений». Правда, странным образом текст анализа пропал с сайта: при попытке перехода по ссылке выходит «Ошибка 404». Но на цитаты анализ уже разошелся, и многим показалось странным, что, отрицая необходимость изменений 26-й статьи, Сулейменов и его коллеги все-таки не исключают возможность референдума с отдельным вопросом касательно вызвавших резонанс поправок. Отметим, что против поправок в 26-ю статью высказался и общественный деятель Мухтар Тайжан, аргументировав это тем, что раз народ волнуется и подвергает поправки сомнению, то лучше не рисковать и не будоражить общественные настроения.


Враг внутри

Параллельно дискуссии с оппонентами у власти в отчетный период шли и внутренние разногласия. В минувшую пятницу на расширенном заседании правительства президент обрушился с большой критикой на экономический блок, применив при этом весь набор терминов, свойственных больше пропагандистам. «За 2016 год принято шесть тысяч различных актов, которые регламентируют бизнес и население. В целом по республике контрольно-надзорные функции осуществляет 61 ведомство: 45 центральных, 16 – на местах… Невозможно открыть частную клинику. Почему, это же в наших руках? Кто это делает? Где сидит пятая колонна внутри правительства? Мы говорим одно, принимаем решение, делается по-другому. По данным [Национальной палаты предпринимателей] «Атамекен», предпринимателям предъявляется более 28 тысяч требований», – сказал Назарбаев. Кроме того, президент сказал, что те, кто сделал нынешний Налоговый кодекс, сделали это «с вражеской целью». Наконец, уже отправленных под арест в результате кадровых чисток последних месяцев экс-министров и высокопоставленных чиновников («Казахстанская арестократия», «Новая» – Казахстан», №3 от 19.01.2017 г.) Назарбаев открыто назвал «предателями» государственных интересов.
Безусловно, многих экспертов заинтересовало, в первую очередь, выражение «пятая колонна». Назвать конкретно виноватых в бедах экономики не решились ни сам Назарбаев, ни эксперты, которых опросили журналисты. Лишь экономист и политик Пётр Своик в беседе с корреспондентом «Новой» – Казахстан» сказал, что имеется в виду все правительство. «После того, как в 96-м году из правительства изгнали председателя комитета по антимонопольной и ценовой политике Своика, правительство стало абсолютно монолитным. И если президент имеет в виду вредителей, то надо говорить обо всем правительстве сразу», – съязвил он. Другое дело, что такая фраза действительно может означать, что под ударом находятся вообще все министры в стране. «Если президент найдет эту самую «пятую колонну», то может прибегнуть к определенным кадровым решениям, – говорит директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев. – Это в каком-то смысле сталинский метод: искать в правительстве «саботажников» и «вредителей», которые дискредитируют проводимую президентом политику. Но опять же: замена на других министров не решает вопрос, ведь случай с [бывшим министром нацэкономики] Куандыком Бишимбаевым показывает, что молодые технократы не сильно-то отличаются от старых».
Правда, вполне возможно, что фраза о «пятой колонне» – это лишь языковая оговорочка «по Фрейду», имеющаяся в политическом лексиконе Назарбаева, но сказанная им безо всякой причины. Лидер партии «Ак жол» Азат Перуашев в интервью радио «Азаттык» так и сказал, что выражение «имеет эмоциональную подложку», но произнесено им было «без подтекста». С другой стороны, в интервью тому же радио «Азаттык» экономист Пётр Своик заявил, что такие выражения – констатация факта, «что с этим правительством президент ничего уже сделать не может». Это косвенно можно подтвердить фразой и о людях «с вражеской целью», которые принимали Налоговый кодекс. Предприниматели Казахстана действительно стонут от того абсурда, который творится в нормах документа: некоторые статьи прямо противоречат друг другу, и, выполняя требования одной, бизнесмены автоматически подставляются – приходящие с проверкой налоговики неизменно применяют действие другой, выписывая большие штрафы.
Поэтому, когда президент говорит о «пятой колонне», он вполне может иметь в виду конкретно тех, кто намеренно усложнил жизнь такими поправками всему бизнес-сообществу страны. Более того, Назарбаев и поручил максимально упростить нормы в отношении бизнесменов и налогового законодательства. Однако в данном случае имеет место большое лукавство – именно президент подписывал и Налоговый кодекс, и поправки в него. Поэтому эмоциональная стрела в адрес правительства выглядит очевидным перекладыванием ответственности.
Но дело, конечно, не только в экономике. Ключевым событием расширенного заседания правительства стало публичное выражение доверия и всяческой поддержки главе Нацбанка Данияру Акишеву со стороны президента. Акишев с момента вступления в должность неоднократно подвергался критике за действия Нацбанка со стороны независимых экономистов и общественников. А около двух недель назад в социальных сетях даже прошел вброс об аресте Акишева – это потом опровергал лично министр внутренних дел Касымов. Назарбаев на заседании правительства заявил, что надо наказывать «хозяев» тех СМИ, которые сеют панику. Но это вновь перекладывание ответственности: ключевую роль в информационных атаках на Акишева сыграл вообще-то очень близкий к президенту человек.
В декабре внук президента Айсултан Назарбаев на своей странице в Facebook обрушился с разгромной критикой (и там тоже было выражение «враги народа») на большое количество политических персон страны («Операция «Раздраженный внук», «Новая» – Казахстан», №49 от 08.12.2016 г.). Среди них был и Акишев. «Лично мне интересно, сохранят ли в итоге свои кресла председатель Нацбанка Акишев, руководитель аппарата президента [Адильбек] Джаксыбеков? Ведь их прямые подчиненные подозреваются в совершении тяжких коррупционных и государственных преступлений. А я хорошо знаю упомянутых господ, и никогда не поверю, что кто-то умудрялся проворачивать серьезные дела за их спинами втайне…» – написал Назарбаев-младший. Учитывая, что эксперты негласно говорят о том, что за Facebook внука проглядывается профиль и почерк еще более близкого президентского родственника, атака на Акишева выглядит типичным шагом в войне кланов. А учитывая, что Назарбаев-старший публично вмешался в нее и обозначил приоритеты, война становится мало контролируемой. Так что выражение про «пятую колонну» может относиться и не к правительству вовсе, а лишь выражать общую усиливающуюся тревогу за рост ставок в межвидовой борьбе.


Союз под ударом

К той же войне кланов отнесли и пятничное назначение Имангали Тасмагамбетова на должность посла Казахстана в России. Так как фамилия бывшего вице-премьера по социалке также упоминалась в письме внука, многие сделали вывод, что это ссылка (так, в частности, полагает публицист Сергей Дуванов). Эксперт по Центральной Азии Аркадий Дубнов считает ровно наоборот: Тасмагамбетов по-прежнему воспринимается как важная фигура, поэтому его выводят из-под всех ударов сразу. «Думаю, что назначение Тасмагамбетова больше связано с внутренними политическими раскладами в Казахстане. Лучше пересидеть тощие годы в Москве, чем занимать расстрельную должность вице-премьера по социалке в эти кризисные времена, – говорит Дубнов в комментарии «Новой» – Казахстан». – Вспомните, как с той же должности сползла в Сенат в прошлом году Дарига Назарбаева. В конце концов, не стоит забывать, что «продукт Назарбаева» все еще в фаворе у елбасы. Точно так же в свое время он спасал от внутреннего «выгорания» Касым-Жомарта Токаева, отправляя его в Женеву на почетную синекуру в ООН».
Другое дело, что просто так в Москву послом теперь не поездишь: должность уже два года воспринимается как курирующая вопросы взаимоотношений стран не только между собой, но и в Евразийском экономическом союзе, а с ним сейчас большие проблемы. На прошлой неделе между двумя крупными игроками – Россией и Белоруссией – разгорелся гигантский скандал. Дошло до того, что между странами была восстановлена государственная граница, а президент Белоруссии Александр Лукашенко на весь мир раскритиковал Владимира Путина и его команду. В принципе, острые выпады в адрес России он позволял себе и раньше, но в этот раз конфликт, очевидно, выглядит более серьезным. Как очевидно и то, что теперь история с ЕАЭС становится еще более карикатурной. «Спор Лукашенко с Москвой, в первую очередь, имеет отношение к двухсторонним отношениям и в меньшей степени к ЕАЭС, поскольку его значимость для Минска и до этого была не слишком высока: вспомните хотя бы недавнюю историю с нежеланием Минска подписывать Таможенный кодекс ЕАЭС, – говорит Дубнов. – Тем не менее, нынешний белорусско-российский клинч, безусловно, наносит урон имиджу союза, впрочем, и так не слишком высокому. Сегодня уже не секрет, что цели и задачи России в значительной степени не совпадают с интересами ее партнеров по ЕАЭС».
Совпадение конфликта России и Белоруссии с назначением Тасмагамбетова позволило родиться версии о том, что Назарбаев отправил бывшего вице-премьера едва ли не мирить разнервничавшихся лидеров. Но эксперты в этом сомневаются, хотя и добавляют, что Тасмагамбетов именно на этой должности важен для Астаны как никогда. «Я не думаю, что Казахстан до такой степени переоценивает свои миротворческие возможности, – говорит Евгений Жовтис. – Думаю, назначение Тасмагамбетова связано с желанием Астаны держать руку на пульсе во взаимоотношениях с Россией, которая демонстрирует явно экспансионистские намерения». Имеется в виду, судя по всему, высказывание депутата от ЛДПР Павла Шперова, который заявил о необходимости возврата «исконно русских земель» из Казахстана. Подобные заявления звучат не в первый раз, но сейчас в дело пришлось вмешиваться и МИДу Казахстана, и российской Госдуме (причем объяснения последней, кажется, не очень убедили даже саму казахстанскую власть). Поэтому, считает Жовтис, Тасмагамбетов нужен «на переднем фронте», чтобы поддерживать отношения и баланс в момент, когда Астану очень беспокоит явно имперская политика России.
Правда, под вопросом теперь находится и сам Евразийский экономический союз, в котором, похоже, все разочаровались во всех. Политолог Аркадий Дубнов считает, что нынешняя ситуация отразится на ЕАЭС косвенно в том смысле, что он по-прежнему «будет жить долго, но плохо». «Сейчас будет возникать все больше сомнений в том, что это союз только экономический, – добавляет Евгений Жовтис. – Будет возникать все больше конфликтов, кто-то и вовсе захочет из него выйти. Так что радужными перспективы ЕАЭС я бы не назвал».
В такой ситуации отправление Имангали Тасмагамбетова в Москву может восприниматься и повышением, и стажировкой на дипломатической должности, и одновременно наказанием. Собственно, неопределенность и неточность целеполагания свойственна всем произошедшим за последние недели событиям. Судя по всему, транзитный период идет с большей скоростью, чем это можно было предположить, и далеко не ко всем вызовам, пусть даже напрямую к нему не относящимся, власть готова в полной мере. Ее реакция на новые раздражители может быть еще более нервной и непредсказуемой, чем раньше, и теперь в политике возможны любые форс-мажоры. Разумеется, публично будет создаваться иллюзия, что все находится под контролем, но ощущение внутренней тревоги в самой власти нарастает не меньше, чем у общества, а это означает, что вопрос о безопасности участников транзита остается нерешенным, и в случае чего попасть в мало контролируемый водоворот событий может каждый.